Наталья Батраева (batraeva) wrote,
Наталья Батраева
batraeva

Пятая годовщина незаконного провозглашения независимости Косово. Никогда не забуду этот день...

КОСОВСКИЙ ДНЕВНИК, 17 февраля 2008 года.

День, как и накануне, выдался очень морозным - это было необычно, учитывая по-настоящему весеннюю температуру последних недель. Накануне в храме святого Димитрия Солунского в Косовской Митровице служили молебен о спасении сербского народа – возглавлял его владыка Артемий, приезжали принц Александр, не говорящий по-сербски, министр из Белграда…

157


Косовская Митровица – город, разделенный рекой на сербскую и албанскую части, стал своеобразной передовой, принимающей на себя основные удары. Перед легендарным мостом через реку Ибар, стоит небольшая группа сербов. Несколько журналистов кружит вокруг в ожидании эффектных кадров – дождались: один из парней приносит сербский флаг и под всеобщее одобрение водружает его над светофором. Я периодически захожу погреться в кафану, люди сидят за чашкой кофе, эмоциональная беседа прерывается очередной сводкой новостей. «Объявили?» – в который раз задаю я один и тот же вопрос. «Нет! А может и не объявят. Иди, рускиня, погрейся», – говорят сербы, угощая меня ракией. Город живет своей обычной жизнью, какого-либо особого оживления, как и паники не наблюдается.
На мосту находятся лишь несколько полицейских и машин – нет ни техники, ни солдат. Бронетранспортеры НАТО стоят около больницы и выше, на горе (по предположениям жителей Косовской Митровицы эта мера предосторожности на случай, если сербы соберутся напасть на албанцев, живущих в этой части города).

Я решаю перейти на ту сторону, и, приготовившись к контролю полицейских, беспрепятственно попадаю в албанскую часть города. Рядом с мостом в окружении все тех же флагов, стоит бронзовая мать Тереза, грустно потупившая голову в размышлениях о судьбах мира.
Страх закрадывается в душу – ощущение нахождения на враждебной территории заставляет с удвоенным вниманием следить за происходящим. Ситуация усугубляется моим незнанием английского, говорить по-русски все равно, что по-сербски – реакция может быть непредсказуемой.
Передвигаясь от полицейского к полицейскому, иду вглубь города. Внимание приковывает старик, копающийся в мусорном баке и не обращающий никакого внимания на происходящее, я встречаюсь с ним взглядом, и вижу усталые, безразличные глаза…

За мной увязывается молодой албанец, я ускоряю шаги – он не отстает. «Cofee?» - нагоняет меня назойливый провожатый. «No! Do you speak English?» – решительно выпаливаю я половину своего словарного запаса, думая про себя: а что если speak? На мое счастье албанец, пожимая плечами, удаляется.
Черное на красном – цвета шиптаров. Флаги везде: в витринах, окнах, на капотах машин, в руках, на головах, плечах. Вторая по популярности символика – Большого брата: звезды и полосы. Изредка попадаются патрули союзников – КФОР (НАТО). Всеобщее чувство «победы», ликования и хаоса разлито в воздухе. В случае беспорядков, вряд ли КФОР и полиция смогут защитить сербов, тем более что на мосту почти нет военных.

Камера в руках дрожит, предательский комок поступает к горлу, я продолжаю снимать –  албанцы видя фотоаппарат охотно позируют и складывают пальцы в символическом знаке «V» – «Виктория». Мимо идут семьи с многочисленным потомством – детские руки крепко держат древки с развевающимся кумачом; проезжают машины, обклеенные символикой Албании и США, на крышах сидят, а порой и стоят (!) люди не держась и размахивая флагами. Присутствует почти физическое ощущение, что этим баллом правят отнюдь не силы Света. Некий темный силуэт, угадывающийся за кулисами этого грандиозного спектакля, то и дело проглядывает в людских фигурах, в опьянении фальшивой свободой.

В какой-то момент мне кажется, что ситуация вышла из-под контроля… Происходит некоторое оживление – восточная музыка, несущаяся со всех сторон, оглушает; сигналы машин становятся непрерывными, боковым зрением вижу, как бравые солдаты КФОР запрыгивают в свои зарешеченные машины и уезжают… Я перестаю адекватно оценивать ситуацию: кажется, что сейчас это оголтелое людское море двинется к мосту, громить сербов доказывая, кто является истинным хозяином этой земли. Стараясь не бежать, направляюсь к сербской части города и понимаю: если блокируют мост, выбраться мне будет сложно. Опять равнодушные взгляды полицейских… Двигаясь по мосту, чувствую, как напряжение начинает отпускать. После вакханалии в албанской части города, несколько сонная атмосфера сербской бьет наотмашь: небольшая группа сербов с тремя флагами, неторопливо беседуя, стоит перед мостом. Контраст поражает, слезы начинают душить, сознание заполняет единственная мысль: «Сербы, вы проиграли! Вы проиграли, сербы!»

Смеркается. Люди с жадностью вслушиваются в сводки новостей, в перерывах по телевизору транслируются фрагменты концерта, детского хора из Санкт-Петербурга, прошедшего накануне в Белграде. Даже сейчас все еще не верится, что объявят о независимости. Около пяти часов случилось… С «той» стороны в небо взлетают петарды, изредка раздаются выстрелы в воздух… «Если что, прячься за дерево», – говорит стоящий рядом со мною серб, и в ответ на мою скептическую улыбку продолжает настаивать: «Слушай меня, я был здесь в марте 2004-го».
Прятаться за дерево не пришлось – постепенно люди начинают расходиться, а я задаю им один и тот же вопрос, кажущийся здесь неуместным:
– Как теперь жить будете, братья?
– Мы не знаем, – отвечают они. – Бог знает!

181

169

100

101

167

187

Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 5 comments